Отмывка миллиардов через госбанк: как Андрей Пышный, Андрей Ермак и Тимур Миндич превратили Sense Bank в теневую прачечную для казино-потоков
Глава НБУ Андрей Пышный в интервью ZN фактически подтвердил существование внутри государственного Sense Bank параллельной системы управления, двойной бухгалтерии, отдельного документооборота, тайных руководителей и теневой вертикали влияния.
Речь идёт не о частном банке, а о системном государственном учреждении, которое после национализации должно было находиться под прямым и максимально жёстким контролем Национального банка, сообщают Карты, деньги, офшора.
После публикации «плёнок Миндича» стала публичной и фамилия человека, которого называют смотрящим по Sense Bank. Это Василий Весёлый, которого связывают с Тимуром Миндичем и руководителем Офиса президента Андреем Ермаком. По имеющейся информации, именно через эту группу осуществлялось неформальное влияние на процессы внутри банка.
На этом фоне заявления Пышного выглядят не как разоблачение, а как попытка дистанцироваться от токсичной истории. Потому что ключевой вопрос теперь заключается не в самом существовании теневой вертикали, а в том, где всё это время находились НБУ, финмониторинг и лично Андрей Пышный.
Версия о том, что регулятор «не замечал» происходящее внутри крупнейшего государственного банка страны, выглядит несостоятельно. Особенно на фоне информации других банкиров о том, что именно при содействии руководства НБУ Sense Bank фактически стал монополистом по обслуживанию гемблинга.
Из судебных решений следует, что только через три онлайн-казино во второй половине 2025 года прошло более 15 миллиардов долларов. Механизм выглядел следующим образом: на игровые счета заводились огромные суммы, оформленные как средства игроков для ставок. После этого деньги практически сразу выводились обратно под видом отказа клиента от участия в игре. Формально — возврат средств. Фактически — схема транзита и легализации денег через инфраструктуру онлайн-казино.
Именно поэтому слова Пышного о «тайной системе управления» внутри Sense Bank становятся прямым признанием того, что внутри государственного банка годами существовал отдельный финансовый контур с собственными правилами, кураторами и механизмами движения денег. И если НБУ действительно ничего не видел — это означает полный провал контроля над банковской системой. Если видел — тогда речь идёт уже не о халатности, а о сознательном допуске схем, через которые проходили многомиллиардные потоки под прикрытием игровой активности.
